ОГЛАВЛЕНИЕ:

Е.Ю. Фирсов (СПбГУ)
Армяне в Себежском районе Псковской области.

А.В. Гадло, Н.В. Ушаков, Е.Ю. Фирсов (СПбГУ, МАЭ)
Опыт видеофиксации современной этнокультурной реальности
в Северо-Западной деревне.

О. Егоренко (Сосновоборская средняя школа,
Себежский р-н Псковской обл.)

Некоторые особенности жизни и быта жителей Глембочинской волости
Себежского района (по материалам этнографических опросов).

Е.Ю. Гуляева (СПбГУ)
Традиционная система хозяйствования и её изменения в ХХ веке (по материалам
полевых исследований в Глембочинской волости Себежского района).

Е. Исправникова (средняя школа № 1, г. Остров)
Рыболовство и охота жителей Глембочинской волости Себежского района
(по материалам опросов).

М.Е. Горбачева (СПбГУ)
Традиционная одежда юга Псковской области и ее изменения в 20 - 40 гг. ХХ в.
(Себежский район).

О.В. Пономаренко (СПбГУ)
Календарная обрядность в Себежском районе Псковской области.

Л.А. Лекарева, Е.Б. Кузьмина, Е. Лаптева (ПГПИ, ПОЦРОШ)
Обряд Пасхи в Себежском районе Псковской области
(по материалам экспедиции "Истоки" 2000 г.).

Н.М. Кочукова (СПбГУ)
Поминально-погребальный комплекс обрядов у населения
Себежского района.

Л.А. Лекарева, Л.Б. Кузьмина, О. Фомина (ПГПИ, ПОЦРОШ)
Народные представления о магии и колдовстве в Себежском районе
Псковской области (по материалам экспедиции "Истоки" 2000 г.).

Л.А. Лекарева, Т.Б Кузьмина., С. Фешкова (ПГПИ, ПОЦРОШ)
Танцы Себежского района Псковской области (по материалам
экспедиции "Истоки" 2000 г.).

Е.Ю. Фирсов (СПбГУ)
Рынок спиртного в контексте деревенского сообщества
Глембочинской волости .

Н.М. Роскош (СПбГУ)
Народная педагогика сельского населения Себежского района
Псковской области.



Е.Ю. Фирсов (СПбГУ)
Армяне в Себежском районе
Псковской области.


Армяне появились на территории Себежского р-на Псковской обл. недавно - первые поселенцы приехали в конце 1980-х годов. Сейчас в пределах района проживает 10 армянских семей.
Цель проведенных исследований - оценить степень включенности армян-переселенцев в среду местного населения и выявить особенности адаптации их к местным условиям.

Армяне, проживающие сегодня на территории района, составляют две группы. Во-первых, это беженцы из районов межнациональных конфликтов (особенно после событий в Сумгаите и в Баку в конце 1980-х). Во-вторых, экономические мигранты из Армении, переселение которых началось в 1993 г. и продолжается до настоящего времени. Эти группы различаются по социальному составу, что обусловило различные типы адаптации их к местным условиям.
Первые - азербайджанские армяне (две пары родственных семей) - принадлежат к образованным слоям общества (профессии до миграции: инженеры, служащий МВД, музыкант и пр.). Они появились на территории района непосредственно после межнационального конфликта. Семьи первопоселенцев (одна сразу, другая через несколько лет, после разделения большой семьи) закрепились в деревне, воспользовавшись единственной возможностью получить жилье - работой на ферме в совхозе. Несмотря на относительно большой период проживания и отсутствие видимых конфликтов сохраняется обособленность "деревенских" армян от окружающего населения: отношения нормальные, но близости нет. Хотя экономическое положение устойчиво и их статус в деревенском обществе достаточно высок, переселенцы не могут избираются в местные органы управления, им труднее устроиться на работу. Причины этого: другое социальное происхождение, другая психология, иная этническая принадлежность. В той или иной степени это касается и адаптации детей мигрантов.

Обосновавшись в деревне, одна из семей вызвала бежавших после бакинских событий в Армению родственников и помогла им закрепиться в городе Себеже. Женщины этой пары родственных семей как в деревне, так и в городе нашли работу в смежных с основными специальностями областях; мужчины устроились на работу на деревообрабатывающие предприятия. Важно отметить, что все попытки бакинских армян заняться торговлей (челночный, водочный бизнес) неизменно заканчивались провалом. По собственному признанию, проработав всю жизнь служащими, они не смогли освоиться в новой сфере деятельности.

Семьи мигрантов из Армении начали появляться на территории района непосредственно после обострения экономической обстановки в 1992-1993 гг., но в основном переселенцы прибыли в 1995-1998 гг. В городе Себеже проживают несколько родственных групп таких семей. Многие мигранты из Армении попадали сюда через Белоруссию способом "лестницы": приехав с родины к родственникам или друзьям (чаще всего с большим трудом собрав деньги на самую дешевую дорогу) и воспользовавшись их поддержкой, переселенцы затем продвигались дальше в поисках более удобного для жизни места. Обосновавшись, они вызывали к себе те семьи, которые им оказывали поддержку в первое время после их приезда из Армении. Отличительные черты их социальной адаптации:

1) Занятость либо в реальном секторе экономики (ремонт обуви, строительство и пр.), либо в торговом бизнесе (скупка-продажа мяса, вещей и пр.). У этой группы армян, в отличие от первой, женщины не работают.
2) Почти полное отсутствие контактов с местным населением (этнический, языковый, социально-экономический барьеры), которое компенсируется интенсивностью внутриэтнических связей в виде психологической и экономической (беспроцентное кредитование, а иногда и безвозмездная помощь) поддержки - как в среде местных армян, так и с родственниками и знакомыми, постоянно проживающими в РФ. Отметим, что подобные отношения в среде бакинских армян играют меньшую роль: бежавшие из Азербайджана родственники порой не знают ничего друг о друге.
3) Этот тип переселенцев не потерял связей с Арменией. Они сохраняют родной язык как средство общения внутри семьи и вне ее. В их среде в отличие от среды бакинских армян, которым возвращаться не к кому и некуда, сильны ремиграционные настроения. Бакинские армяне часто жалуются на пренебрежительное отношение к себе со стороны мигрантов из Армении из-за слабого знания языка и отсутствие таких настроений.
4) Проблему жилья большинство армян-переселенцев решили, обжив нежилые кирпичные городские постройки, предназначенные под снос. Так как эти дома расположены рядом, в г. Себеже образовалась целая "армянская слобода".

Важнейшими источниками для данного полевого исследования явились семейные фотографии постмиграционного периода. Только пользуясь этими фотографиями, в которых отобразилась как обыденная, так и праздничная жизнь, удалось выявить реальную степень социальной адаптации армян-переселенцев к новым условиям. Так, несмотря на заявления информантов о широких межэтнических контактах с окружающим местным населением, в толстых фотоальбомах едва ли найдешь 3-4 русских лица. Зато по семейным фотографиям можно проследить территориальный размах и интенсивность дружеских и родственных связей - новых или восстановленных после миграции.

По фотографиям удается проследить и степень трансформации быта информантов в новых условиях. По фотографиям также видно, что в той или иной степени сохраняя этнические традиции в праздновании важнейших событий (свадьба, крещение и пр.), армяне при этом посещают русскую церковь в Себеже, не видя в этом никакого отхода от правил.

Таким образом, осевшие на территории Себежского р-на армяне с трудом инкорпорируются в окружающее общество, сохраняя язык, особенности быта и самосознание; важными остаются внутриэтнические отношения. Бакинские армяне, установив более близкие отношения с местным населением, заметно проигрывают мигрантам из Армении в уровне доходов.



А.В. Гадло, Н.В. Ушаков, Е.Ю. Фирсов (СПбГУ, МАЭ)
Опыт видеофиксации современной
этнокультурной реальности
в Северо-Западной деревне.


Материалом для сообщения послужили видеосюжеты, отснятые одним из авторов (Фирсовым Е.Ю.) во время полевых исследований в Глембочинской вол. Себежского р-на Псковской обл.
Цель сообщения:
1) охарактеризовать тематику отснятых видеосюжетов;
2) обосновать способ их фиксации в полевом дневнике.

Обычно при сборе полевого материала этнографы получают информацию, основой которой является память информанта. При изучении современной этнокультурной ситуации, этнограф может не ограничиваться этим источником, но также применять методы непосредственной аудио- видеофиксации изучаемого этнокультурного поля.
Видеоматериал более объективно фиксирует современное состояние этнической культуры. Даже сюжет, направленный на фиксацию традиционного явления, отображает не столько его архаику, сколько его бытование в современной этносоциальной среде. Эта позиция представляется сегодня очевидной и не нуждается в особом обосновании. Предметом обсуждения сегодня является методика применения видеоаппаратуры для фиксации этнографической реальности, а также методика прочтения информации, зафиксированной на видеоносителе.

Разумеется, этнографические кино- и видеоматериалы давно собирались в экспедициях, но делали это профессионалы кино- и видеосъемки. С технической точки зрения качество этих материалов обычно достаточно высокое. Но с точки зрения содержания эти материалы чаще всего не адекватны научным задачам из-за некомпетентности авторов в сфере этнографической науки. Поэтому очень важно, чтобы сам этнограф мог пользоваться видеокамерой и фиксировать важную для разрабатываемой им темы информацию, делая это с той же легкостью, с какой этнографы пользуются сегодня фотоаппаратом и диктофоном. Анализируемые видеоматериалы являются опытом видеофиксаии этнографической реальности самим этнографом.

Перечень основных отснятых видеосюжетов и краткая аннотация к ним (общий объем видеоматериала - 4 часа):
1. Репетиция праздника Ивана Купалы и сам праздник в клубе Глембочинской вол. (д. Глембочино Себежского р-на). Пользуясь полевыми дневниковыми записями можно составить представление о структуре праздника, главных действующих лицах - организаторах культурно-массовых мероприятий в современной псковской деревне, его участниках. Видеоматериал передает также степень сохранности представления о том, как должен отмечаться этот праздник, отношение к нему включенных в игру жителей деревни. В видеосюжете это не реплика отжившей традиции, а факт современной этнической культуры, переживающей этап поиска связей с традицией после многих десятилетий ее отрицания.
2. Процесс окучивания картофеля на лошади. Зафиксирован сельскохозяйственный инвентарь, функционирующий в современных полевых работах. Сюжет хорошо дополняет полевые записи, касающиеся современной деревенской экономики.
3. Видеозарисовка д. Комары. Камера движется по деревне, типичной для района исследования, и создает таким образом полную и объективную этнографически достоверную зарисовку, которая может быть источником для самых различных тематических разработок (план деревни, планы усадеб, типы жилых и хозяйственных построек, строительная техника и т.п.).
4. Сюжет "Работа ткацкого станка". Подробно фиксируется технологический процесс, практически полностью забытый населением юга Псковщины. Это по сути уникальная иллюстрация к теме умирания домашних промыслов в условиях современного наступления стандартизированной промышленной продукции в среде материальной культуры.
5. Интерьеры современных деревенских домов с комментариями жителей. Сюжет, обычно слабо представленный в дневниковых записях, но исключительно важный для характеристики современной этнокультурной ситуации, так как он констатирует наиболее интимный пласт культуры - пространство внутри жилища, непосредственно взаимодействующую с человеком бытовую среду.
6. Рассказы детей: современный детский фольклор, игры.
7. Фотографии свадьбы с комментариями и пояснениями информанта. Этот сюжет, несмотря на его значительную информативность, показал, что беседа при включенной видеокамере не всегда комфортна для информанта: его ответы на поставленные вопросы менее конкретны и искренни, чем в случае обычного интервью.

Как показывает обзор отснятых сюжетов,
1) видеосъемка дает возможность уловить явления, практически не поддающиеся вербальному методу фиксации (отношение участников обряда, неполнота процеса работы на ткацком станке и др.);
2) ряд видеосюжетов может быть через некоторое время очень ценным и точным источником (например, интерьеры домов или застройка вымирающих деревень);
3) особое значение видеосъемка имеет там, где нужно зафиксировать именно процесс (например, работа на ткацком станке, вспашка огорода).

Применение видеоаппаратуры однако не отменяет обычной вербальной формы фиксации материала, хотя и предъявляет к ее методике новые требования. Возможно целесообразна организация работы этнографа-видеооператора в паре с ассистентом, ведщим учет и анализ отснятого материала.



О. Егоренко (Сосновоборская средняя школа,
Себежский р-н Псковской обл.)

Некоторые особенности жизни и
быта жителей Глембочинской волости
Себежского района Псковской области
(по материалам этнографических опросов).


Этнографическая секция экспедиции "Истоки-2000", организованной Псковским областным центром развития одаренных школьников, летом 2000 г. изучала жизнь и быт населения Глембочинской вол. Себежского р-на.
Цель исследования - сбор этнографической информации по Себежскому краю для историко-этнографического атласа Псковской области.
Предмет исследования - история населенных пунктов, хозяйственная деятельность, материальная, духовная и социальная культура коренного населения.

На территории Глембочинской вол. находится 39 деревень, в состав которых входит 432 двора. Все население волости - 972 человека. 10 деревень вообще не имеют местных жителей (по официальным данным - 9). Самые крупные населенные пункты Глембочинской вол.: волостной центр Глембочино, имеющий 126 дворов, в которых проживает 332 человека; д. Илово, в которой находится 51 двор и проживает 140 местных жителей; д. Капустино, где находится 44 двора и проживает 109 местных жителей; д. Дворище - 23 двора и 41 местный житель.

В ходе экспедиции обследовано 8 населенных пунктов, информация этнографического характера была получена от 10 человек.
Исследование проводилось с использованием "Программы сбора материалов по этнографии населения Псковской области" (составитель А.В. Гадло. Псков, 1996 г.) и специальных опросников, разработанных сотрудниками кафедры этнографии и антропологии Санкт-Петербургского государственного университета, кабинета истории и права Псковского областного института повышения квалификации работников образования, Рязанского областного научно-методического центра народного творчества и др.

Методы исследования: изучение научной и научно-популярной литературы по теме; составление и апробация анкет для проведения опросов; работа с информантами; фиксирование предметов быта; анализ и обработка полученных данных. Новая информация была получена по истории названия некоторых деревень Глембочинской вол., в том числе ее центра. Одна связана с названием волостного центра Глембочино.
Легенда связывает его с помещиком-поляком, чьей собственностью деревня была в ХIХ в. В этой деревне находится старая усадьба, с которой и соединяется сюжет легенды. Название деревни производят от имени сына ее владельца - Глемб, который якобы утонул в озере Глубоком, на берегу которого находится деревня.
Вторая легенда связана с названием деревни Стеймаки-2, или Стеймаки-двор (как называют ее местные жители). Его производят от имени владельца земли - Стеймак. В той части деревни, что называется "двор", находился дом владельца. Поэтому деревня носит название Стеймаки.

Новые материалы были получены о пище себежан.
Основой питания в Себежском крае был и остается хлеб. Информанты сообщили, что до войны часто употребляли особый домашний хлеб. Для его изготовления использовали сырую картошку, которую с небольшим количеством муки готовили с вечера для закваски; и замешивали в специальной кадушке. Утром в нее добавляли муку, соль и тесто выкладывали на деревянную лопату, выстеленную капустными или кленовыми листьями. Также готовили еще одно, теперь мало употребляемое блюдо, которое называется комы. Для приготовления этого блюда брали тертую картошку, муку и грибы. Сначала отваривали грибы, замешивали тесто из тертой картошки и муки. Затем делали из теста небольшие шарики с ямкой, в которую клали грибы. Потом шарики бросали в кипящую воду и варили. Обычно такое блюдо готовили на завтрак. Во многих деревнях в праздничные дни готовились килики. Это блюдо также теперь малоизвестно. Всего опрос по теме "Пища" позволил выявить 8 теперь мало употребляемых блюд. Все они могут быть сопоставлены с белорусской культурой питания.

Этнографическая исследовательская группа приняла участие в проведении праздника Ивана Купалы (здесь его еще называют Цветной Иван) в д. Глембочино. Из всей системы обрядов сегодня сохранились только те, которые больше связаны с культом огня: перепрыгивание через костер, сжигание чучела. Обряды, связанные с водой, совершенно забыты. В ходе празднования удалось наблюдать и записать не отмеченную исследователями игру.

Народная память сохранила и другие факты традиционной бытовой культуры Глембочинской вол.: технологию обработки кожи, изготовление снастей для ловли рыбы, строительные навыки и т.д.



Е.Ю. Гуляева (СПбГУ)
Традиционная система хозяйствования
и её изменения в ХХ веке (по материалам
полевых исследований в Глембочинской
волости Себежского района Псковской области).


Характер хозяйствования в Себежском р-не Псковской обл. во многом определялся особенностями ландшафта. Территория района неудобна в сельскохозяйственном отношении (здесь распространены слабовсхолмленные и волнистые равнины с песчаными и слабоподзолистыми почвами), но богата запасами древесины, промысловых животных, птиц, ягод, грибов. В многочисленных озёрах района много рыбы. Эти природные факторы способствовали развитию лесных промыслов и рыболовства и затрудняли занятие земледелием и животноводством.

Организационные формы ведения сельского хозяйства.
Себежский район - это самая юго-западная часть Псковской области. Большинство земель в начале ХХ в. принадлежало помещикам (панам). В 10-е - 20-е годы стали появляться хутора, которые прекратили своё существование с началом коллективизации. Первые колхозы объединяли 3-5 деревень, в 40-е - 70-е годы происходило неоднократное укрупнение колхозов. В период немецкой оккупации колхозные земли были распределены между дворохозяйствами. После войны в период восстановления хозяйства остро отсутствие техники. Техника появилась в колхозах появились в 50-х годах - комбайны, сеялки, молотилки. В 70-е годы организовались совхозы, которые в 90-е годы прекратили своё существование. После совхозов какое-то время были товарищества, сейчас их тоже нет. В настоящее время большинство земель не обрабатывается.

Земледелие.
Основными сельскохозяйственными культурами были пшеница, рожь, ячмень, лён, бобовые, картофель. Применялся сложный севооборот. После посева пшеницы, ржи или ячменя сажали картошку (для того чтобы картошка была лучше, её сажали также после бобовых), после картошки сеяли яровые зерновые культуры. Чтобы почва восстановилась, землю оставляли под пар. После пара сеяли озимые зерновые. Некоторые хозяйства из-за недостатка земли поле под пар не оставляли, но подсевали тимофеевку или клевер, особенно если поле готовили под лён, после льна сеяли озимые. Традиционно землю обрабатывали сохой или деревянным плугом, в 50-е гг. начали применять технику. Сейчас на своих участках население обрабатывает землю фабричным железным плугом, тягловой силой служит лошадь.

Льноводство.
До образования колхозов лён выращивали в крестьянских хозяйствах, при колхозах льноводство приносило значительный доход. Во время и сразу после войны население выращивало лён исключительно для своих нужд. После войны лён продолжали сеять, но площадь посева постепенно сокращалась. Сейчас лён вообще не выращивают. Животноводство. Животноводство было неотъемлемой частью комплексного хозяйства, на протяжение всего ХХ в. ситуация практически не менялась - 1-2 коровы и лошадь на несколько хозяйств. Больших стад не было, поэтому пастуха не нанимали, и скот пасли по очереди.

Рыболовство.
Озёра в начале века принадлежали панам, поэтому рыбной ловлей можно было заниматься только с их разрешения. Чаще всего существовали небольшие артели, отдававшие половину улова пану в счёт ренты. Потом были созданы колхозные артели. Сейчас рыболовство является для местного населения одним из наиболее прибыльных занятий.

Охота.
Занятие охотой всегда было существенно для жителей этого района. В советский период существовала система лицензий. С перестройкой контроль за лесным хозяйством был ослаблен, появилось много браконьеров, в связи с этим животных стало меньше, поэтому в настоящее время большее значение имеет рыболовство, произошла переориентация.

Лесные промыслы.
На протяжении всего ХХ в. постоянно велась разработка леса, продолжающаяся и до настоящего времени. Существовало лесничество, работа в котором населением считалась более престижной, чем в колхозе; оплата труда там была постоянной и боле высокой.

Садоводство.
В первой трети ХХ в. практически в каждом хозяйстве были сады, но после зимы 1939 года многие деревья вымерзли. Сейчас большинство садов старые, новых практически нет, многие жители жалуются на изменение климата, плодовые деревья плохо переносят зиму.

Подводя итог, следует сказать, что вследствие особенностей природно-климатических условий население изученной местности не могло развивать какую-то одну отрасль хозяйственной деятельности, здесь было целесообразным только комплексное хозяйство, эффективно использующее все природные ресурсы.



Е. Исправникова (средняя школа № 1, г. Остров)
Рыболовство и охота жителей
Глембочинской волости Себежского
района (по материалам опросов).


Себежский р-н Псковской обл. иногда называют страной тысячи озер. Охота и рыбная ловля в поозерье традиционно были важными составляющими хозяйственной деятельности себежан. Поэтому в процессе полевых исследований экспедиции "Истоки-2000" особо было обращено внимание на сбор сведений об орудиях рыболовства и охоты и их изготовлении, технологии рыболовного и охотничьего промыслов, об использовании полученных в результате промысла продуктов и сырья, о верованиях, связанных с рыболовством и охотой.

Наиболее репрезентативный материал, полученный в ходе опросов коренного населения, характеризует традиционное и современное рыболовство. По свидетельству информантов, в Глембочинской вол. рыбу ловили сетями: бродцами, запасами, водоками, кригами. Крига состояла из двух кольев, соединенных тремя дугами из железа с натянутой между дугами сеткой. Кригой ловили рыбу втроем. Когда рыба заплывала внутрь, колья сдвигали. При одиночном лове использовали оборцы (мелкую сетку). Крупные сети покупали, мелкие плели сами. В некоторых местах для получения нитей специально сеяли лен, использовали и коноплю.

Лодки для рыбной ловли изготавливали сами. Как правило, лодки делали из ели, так как ель считается легким деревом. Были распространены как сшивные лодки, так и лодки-долбленки.
В Глембочинской вол. ловили всю рыбу разных пород, но особенно ценилась щука. Предпочитали крупную рыбу, ее называли настоящей. Пойманную рыбу сбывали в Себеже или отправляли в соседние районы.

Блюда, приготовленные из рыбы, составляли значительную часть пищи местного населения. Рыбу употребляли отварной, жареной, фаршированной. Предпочитали отварную.

Охота в Глембочинской вол. имела меньшее значение. В основном охотились на тетеревов, на волков. Основным орудием охоты было ружье. Силки и другие приспособления, по сведениям информантов, не применяли.

Отношение населения к лицам, занимавшимся профессиональной охотой и рыболовством, было недоброжелательным, их считали лентяями, так как эти виды труда, по мнению крестьян, требовали меньших затрат труда, чем земледелие.




М.Е. Горбачева (СПбГУ)
Традиционная одежда юга Псковской
области и ее изменения в 20 - 40 гг.
ХХ в. (Себежский район).


Территория Глембочинской вол. Себежского р-на является частью белорусско-русского этнокультурного пограничья, что отражается, в частности, в традиционной одежде местного населения.

Основными составляющими женского костюма была юбка и кофта. Шерстяная юбка называлась сподницей. Юбки шились в 4-6 клиньев. Длинные юбки назывались польками. Такие юбки ткались на основе хлопчатобумажных ниток и потокались шерстяными. Также шились расклешенные юбки в 8-12 клиньев. В деревнях, близких к белорусской границе, была широко распространена юбка андарак. Под этим термином в обследованной местности подразумевается толстая льняная юбка, клетчатая или полосатая, под которую надевали нижнюю юбку - поддевку. По сведениям информантов, богатые крестьянки по праздникам в юбки вставляли деревянные обручи для придания им большей пышности. С юбками (позже - с платьями) нередко носили передник с лямкой вокруг шеи, который шился с нагрудником и надевался через голову.

Кофта могла называться курткой или кафтаном. В основном, шили ситцевые кофты с круглым вырезом, с узким рукавом, с застежкой сзади. До войны модными считались покупные атласные и сатиновые кофты, что могли себе позволить богатые жители деревни.

В доколхозный период ткались кужельные платья (из кужели) - тонкого, хорошо выработанного полотна. В деревнях, близких к Белоруссии, было известно платье кабат. Под этим термином подразумевается суконное платье с юбкой в складку до пят.

С конца 20-х гг. более широкое распространение стала получать одежда, выполненная из покупной материи или фабричного производства. В начале колхозного периода женщины под платья и юбки стали надевать штаны или панталоны, тогда как до этого носили только вязаные спицами шерстяные или льняные чулки. С середины 30-х гг. женщины стали носить платья длиной по колено и немного выше, но мода на короткие платья, по сведениям информантов, перед самой войной исчезла.
Женские рубахи уже в доколхозный период считались нижней одеждой. Они шились немного ниже колена, с рукавами до локтя или без них. Только богатые на праздники носили вышитые рубахи с длинными рукавами и со сборками на груди.
Мужская нательная одежда была меньше подвержена изменениям. Рубахи шились из тонкого кужельного полотна. Традиционно вышивались воротник, планка и рукава. Позже праздничные рубахи стали обшиваться атласными лентами. По сведениям информантов, выходные рубахи были шерстяными и кроились с откладным воротником без карманов. Обычные льняные рубахи могли быть с карманами. Традиционно рубаха подвязывалась тканым поясом (узел на боку), обычно пояса ткали на дощечках шириной в два пальца.
Штаны ткались из раднины, то есть из грубого полотна. Если не было покупных пуговиц, то одежду застегивали на обшитые материей прутики, которые назывались пукольками.

Верхняя мужская одежда называлась кульком. Шилась из грубого сукна длиной до бедер с маленьким отложным воротником.
Женской одеждой была свита - недлинная суконная без воротника. Из фабричного сукна шили мужской ватник и женскую ватовку, обычно черного цвета с воротником из овчины. В доколхозный период был распространен армяк, который надевали в дорогу, и насов - также, как и армяк, с капюшоном, но из льняной ткани. Полушубки и шубы из овчины носили только богатые, причем шкуры вырабатывали не сами, а меняли в городе на уже обработанные. После войны стали носить фуфайки и стеганки.

В качестве головного убора женщины носили обычно вязаные платки, которые завязывали под подбородком или на затылке, при этом иногда носили два платка одновременно. В 30-х гг. в некоторых деревнях носили белые вязаные береты. "До колхозов" иногда носили ситцевые панамки. Распространенным мужским головным убором были кепки - кожаные или тряпичные. Зимой носили меховые ушанки и кубанки - кожаный головной убор, обшитый бараньим мехом.

Лапти как традиционный вид обуви продержались в обиходе до конца 40-х гг. Лапти плели ивовые, липовые, вересовые, руками или с помощью крючка. Их одевали на онучи или портянки. Лапти подплетались много раз. Бедные крестьяне носили их круглый год, сапоги или ботинки надевая только на кирмаш (местное название ярмарки). Бедные не носили валенки, так как жалели шерсть. Кожаную обувь шил деревенский сапожник, закрепляя каблук березовыми шпильками. Хромовые сапоги обычно привозили из Латвии. После войны стали носить резиновую обувь.

Таким образом, в период 20-40 гг. различимы три этапа модификации крестьянского костюма: доколхозный, колхозный довоенный и послевоенный. В военный период, в связи с отсутствием покупной одежды, наблюдалось возвращение к традиционным формам. Выявлены различия в одежде у различных социальных групп деревни. В некоторых элементах традиционного костюма проявляется переходный в этнокультурном отношении характер исследованной территории.



О.В. Пономаренко (СПбГУ)
Календарная обрядность
в Себежском районе
Псковской области.


Работа экспедиции 2000 г. в Себежском р-не Псковской обл. позволила выявить особенности праздничных традиций. При изучении календарной обрядности этого района следует учитывать пограничное расположение данной территории и тесные контакты русского и белорусского населения. Необходимо отметить тот факт, что в обследованном кусте деревень с 1920-х годов нет церкви, поэтому люди ориентируется на устоявшиеся традиции празднования церковных знаменательных дат и праздников.

На Рождество готовили традиционное блюдо кишки. По деревне с утра ходили христославцы, обычно это были женщины пожилого возраста. В отличие от колядовщиков христославцы ничего не требовали за исполнение песен, они просто желали добра и благополучия. Колядовать ходили вечером. Колядовщики переодевались во все старое, лицо мазали сажей. Пели коляду под окнами, обязательно требовали угощение.

На Святки устраивали попрядушки. Собирались парни и девушки в одной избе, девушки обязательно пряли. Вечерами гадали о будущей судьбе. В основном девушки загадывали увидеть суженого во сне, могли также в бане гадать: руку за окно выставляли - если волосатая рука дотронется, то муж богатый будет, если голая, то бедный.
Верили, что в Крещение на одну минуту вся вода в колодцах превращается в вино. Освященной водой кропили хату, хлева. Гадали о будущем урожае: смотрели на звезды, если много звезд - будет много хлеба.
Масленицу отмечали целую неделю, пекли блины, катались с гор по ледянкам (специально для этого праздника залитые водой горки) на санях. Ходили друг к другу в гости, зятья ходили на блины к тещам (ходить в зяти).
На Сороки (9 марта) готовили 40 комов (блюдо из теста с начинкой) по числу 40 мученников. Обязательно надо было варить комы, потому что по-другому готовят колдуны (жарят и пекут). Считалось, что в этот день прилетают 40 птиц.
В Благовещенье запрещалось работать. Говорили, что птица гнезда не вьет, а кукушка свила и осталась без гнезда.
В Чистый Четверг обязательно мыли хату, старались избавиться от вредных насекомых. Утром, до восхода солнца девушки брали скорлупу от яйца, крошили ее в воду и ходили умываться на ручей (бегучую воду), чтобы лицо было чистое и волосы курчавые.
Одним из наиболее любимых праздников была Пасха. Заранее крашеные яйца катали с лотка, бились одним об другое. Пожилые женщины ходили по деревне с песнями, в одной из которых перечислялись все праздники и давались указания относительно соответствующих им работ.
Первый выпас скотины осуществляли на Егория (6 мая). Обязательно совершали обход стада с иконой. В одной из деревень зафиксирован вариант: пастух ехал верхом на белом коне, три раза стрелял в воздух.
Зафиксирован обычай празднования Борисова дня. Собирались все мужчины деревни, отправлялись на конях в поле на всю ночь. Устраивали трапезу, готовили жареные яйца, пили водку.
На Троицу ходили на кладбище, поминали усопших. Обязательное блюдо - кутья. Есть упоминание, что ее готовили прямо на кладбище.
В праздник Ивана Купала по деревне ходила молодежь, пела Иванские песни. Устраивали большой костер. Гадали - вставляли цветки богатки за матицу, если распустится цветок на следующий день, то исполнится желание.
Отмечали Яблочный Спас. До этого дня нельзя было есть яблоки. Особенно этот праздник не отмечали, только после этой даты начинали есть фрукты.

Черты белорусского влияния можно увидеть в обычае по праздникам устраивать брыксы, так назывались шумные гуляния, участие в которых принимали люди зрелого возраста, а не молодежь.

В настоящее время во многом утрачены обычаи празднования престольных праздников, что можно объяснить тем, что в этой волости уже более семидесяти лет нет церкви. К северу от районного центра у деревень сохраняются престольные праздники. Отсутствие церкви в обследованной волости объясняет тот факт, что в последнее время не происходит восстановления церковных праздников в отличие от многих других местностей Псковской обл.



Л.А. Лекарева, Е.Б. Кузьмина,
Е. Лаптева (ПГПИ, ПОЦРОШ)

Обряд Пасхи в Себежском
районе Псковской области
(по материалам экспедиции
"Истоки" 2000 г.).


Пасха относится к двунадесятым праздникам, т.е. к 12 наиболее значительным религиозным праздникам православия. Из всех церковных праздников Пасха - самый известный и почитаемый. В дд. Дворище, Литвиново, Застаренье Себежского р-на она является главным праздником. Само название праздника старославянское, произошедшее от греческого pascha, которое восходит к древнееврейскому pesach, в значении "жертва, агнец".

Готовиться к Пасхе начинали за неделю до праздника, в Вербное воскресенье. В этот день было принято ломать распустившиеся веточки вербы, нести их в церковь и там освящать (посвящать). Освященную вербу приносили домой и ставили под иконой. В Себежском р-не сохранился обряд хлестать детей освященной вербой с целью получения здоровья. Отмечен и обычай первый раз выгонять скотину в поле освященной вербой, сохранившейся с Пасхи, чтобы оградить ее от болезней Вся неделя от Вербного воскресенья и до Пасхи называлась Страстная неделя. В Страстную неделю был самый строгий пост: должны были поститься и дети, и старики.

Четверг перед Пасхой - Чистый четверг. В этот день каждый должен был пройти обряд очищения водой, отсюда и название этого дня. В некоторых деревнях Себежского р-на девушки протирали лица яичной скорлупой и мылись водой из-под нее. После чистого четверга шла Страстная, или Великая, пятница. В пятницу полагался особенно строгий пост, когда не разрешалось есть вообще, т.е. утром в Страстную пятницу все постившиеся люди завтракали, а потом в течение всего дня до утра в субботу ничего не ели. В этот день нельзя было работать. Накануне Пасхи в Страстную ночь все ходили в церковь молиться. Вечером топили печь в доме и готовили еду к празднику. Преобладали мясные блюда. Готовили также пасху или кулич (куличик). Пасхой в Себежском р-не называют "пирог, приготовленный из дрожжевого теста". Красили яйца. У себежан было принято, чтобы крестники шли к своим крестным и ждали, когда им вынесут яичко. В Пасху крашеными яйцами кормили и скот, чтобы оградить его от болезней. Пасхальные яйца было принято оставлять до Троицы, а в Троицу нести их на кладбище. В Пасху ходили в гости и дарили крашеные яйца друг другу, христосовались.

Одной из традиций праздника был ритуальный обход домов группой людей, которые пели песни, славящие Христа. Таких людей в Себежском р-не называют христославы, исполнение песен называется петь Христа. Среди молодежи проходили игры с использованием крашеных яиц. Одна из пасхальных игр называлась идти на бойца, в бойца, бить яйца ("мужыки гатовили на Пасху яйца: наском кверху адин, другой - внис, наском набились, пириварачываиш - пушкай). Записана еще одна игра, которая называется катать яйца (катали яички, ставили доску, яичка скотица, если яйцо ударицца о другой, забираить"). Вспомогательным предметом этой игры служила дощечка, по которой катились яйца в лунку. Ее называли скат, лоток. Заканчивались пасхальные дни Радуницей. Ее отмечали в первый вторник после Пасхи. Радуница - поминальный день. В этот день ходили на кладбище и поминали усопших. Неделя после Пасхи тоже считалась праздничной, ее называли Святая неделя.
Это были поминальные дни, связанные с культом усопших.

Собранные материалы, хотя и не отличаются новизной, но представляют интерес, так как фиксируют степень сохранения пасхальных традиций и ритуалов в наши дни в одном из сельских районов Псковского края.



Н.М. Кочукова (СПбГУ)
Поминально-погребальный
комплекс обрядов у населения
Себежского района.


Материал по теме доклада был собран в ходе полевых исследований 2000 г. среди русского населения деревень Глембочинской вол. Себежского р-на Псковской обл. По результатам экспедиции, удалось составить целостное представление о погребально-поминальном комплексе.
По словам информантов, смерть могут предвещать сны либо скрип и потрескивание матицы над кроватью человека.
Последнее информанты связывают с представлением о том, что "домовой предчувствует приближение смерти".

Старики заранее приобретали гроб, который хранили на чердаке дома, собирали одежду "на смерть". Последнее сохраняется и в настоящее время. В воспоминаниях информантов в качестве погребальной одежды фигурирует саван. Одежда "на смерть" или ее детали прошивалась особым швом с прямыми стяжками без узлов, что связано с представлением о дороге, которой идет душа умершего.
Сохранилось воспоминание о том, что еще в первой четверти XX в. практически в каждой деревни женщины знали плачи.

Обмывать и оплакивать покойного должны были чужие, например соседи, что сохраняется до настоящего времени. Воду затем выплескивали на землю в том месте, где никто не ходит. Тело клали "на кут", т.е. в угол, головой к иконам, в изголовье или в ногах ставили свечи. В ногах расстилали льняной платок, на который складывали деньги на поминки. На забор или на окно с внешней стороны хаты вешали чистое льняное полотенце, которое висело до третьего, в некоторых деревнях до девятого дня с момента смерти. Это связано с представлением о душе человека, которая в этот период еще находится в мире живых, собирает свои грехи и "утирается от них полотенцем". По словам информантов, в этот период душа навещает родственников, прощается с ними. Приглашали священника, покойного отпевали.

Хоронили на третий день после смерти. Если среди присутствующих была беременная женщина, то она должна была выйти из хаты перед тем, как вынесут гроб. Иногда гроб проносили над головами маленьких детей, тем самым благословляя их. После выноса тела оставшиеся в хате родственники мыли полы и лавки, на которых стоял гроб. Воду выливали за территорией двора - туда, "где никто не ходит". После этого собирали поминальный стол. Поминальный стол обязательно включал в себя такие блюда как кутья, клюквенный кисель и комы, приготовленные особым образом.

По пути на кладбище на дорогу бросали еловые лапы, "чтобы указать путь покойному". В могилу бросали мелкие медные монеты. После похорон кто-либо из родственников должен был собрать ветви и сжечь, в противном случае "душа может не успокоится".

Самоубийц, утопленников и опойцев раньше хоронили за оградой кладбища, не отпевая. По рассказам информантов, покончивших с собой следует хоронить на месте самоубийства. В настоящее время данная традиция утрачена полностью. Колдунов и ведьм хоронили на отдельном кладбище за д. Стеймаки. Это место пользуется дурной славой по сей день. Поминают на третий, девятый и сороковой дни и год со дня смерти. Затем - в поминальные дни календарного цикла: Радуница, Троица и др., а так же в день смерти. Поминки третьего, девятого и сорокового дня организовывали на деньги, приносимые теми, кто приходил прощаться с покойным.

Таким образом, собранный в ходе экспедиции материал дает подробное представление о поминально-погребальной традиции у населения деревень Глембочинской вол. Себежского р-на, и шире - юга Псковщины, где она до сих пор не была выявлена.



Л.А. Лекарева, Л.Б. Кузьмина,
О. Фомина (ПГПИ, ПОЦРОШ)

Народные представления о магии
и колдовстве в Себежском районе
Псковской области (по материалам
экспедиции "Истоки" 2000 г.).


В народе издавна существовала вера в то, что некоторые люди наделены от природы сверхъестественными способностями. Таких людей почитали, иногда даже боялись, так как они воспринимались в народном сознании как связующее звено между человеком и миром сверхъестественных сил. Многие необъяснимые явления люди причисляли к нечистой силе, колдовству. Этнографические работы в Себежском р-не Псковской обл. дали материал для характеристики подобных представлений. Было установлено, что до настоящего времени продолжает бытовать вера в то, что некоторые люди наделены сверхъестественными способностями исцелять, приносить счастье, помогать при сглазе. Этих люде себежане называют знахарь, бабка, шептун, чаровник, мудрец.

Знахарями в Себежском р-не называют тех, кто исцеляет людей и животных при помощи трав, приносит счастье. Бытует представление о том, что знахари применяют лечение водой ("У миня Валя дочка магла умиреть, сказала, што зделана ей; три раза хадили - мылась и адбросила, кругом хаты брызгала, к знахарю хадила); владеют гипнозом ("Гипнозам абладали: смотрит в лису на змиину - ана каминеит"); могут помочь не только людям, но и скотине ("есть такии знахари: у каво карова забалеит, хадили - у них трава какая-та, каришки заваривали").

Шептуны не используют ни трав, ни лекарств. Они лечат, как говорят жители Себежского р-на, молитвой ("загаваривали - шыптуны - ат укуса гада, шыптуны малитву скажуть"). Шептун, по поверьям, не связан с нечистой силой и наделен способностями от Бога.

Бабка - общерусское название женщины, способной лечить людей. По поверьям жителей Себежского района, бабка в большинстве случаев могла исцелять, помогать людям с помощью трав и заговоров. Бабка могла помочь и скоту ("адна женшина фстретилаь и толка сказала: "У вас харошая карова", глас нихарошый [у нее] - пришлос па бапкам хадит"). Однако бытует и представление о том, что бабка могла не только исцелить, снять порчу - отделать, очаровать, - но и навести порчу - сделать. В этом значении слово "бабка" стоит в синонимичном ряду с наименованием колдунья и местным диалектным названием женщины, занимающейся колдовством, - чаровница.

Впрочем, были те, которые могут навести сглаз, порчу, сделать так, чтобы заболела скотина. Таких людей называют колдун, колдунья, чаровник, чаровница, мудрец.
Этих людей можно отнести и к доброй, и к злой силе ("Каму што; забалеит - калдуны [лечили] и мушыны и женшины; всяво магли: магли харошыва; на каво нидавольны,то принясуть врет"). Колдун скорее литературный термин, в Себежском р-не его народным синонимом является более распространенные чаровник и мудрец.
В бытовании существительного чаровник на территории Себежского р-на сказалась близость Белоруссии, так как именно там чаровник является литературным названием человека, занимающегося колдовством.

По поверьям жителей Себежского р-на, колдуны обладали способностью подавлять человеческую волю ("он мог заставит на четвиреньках пайтии пат сваю дутку"). Они могли превращаться в животных (змею, кошку и др.) и приносить вред скотине, выдаивая молоко ("ничыстая сила - эта калдунья - делала гадости: одна женшына варавала у каровы: малако выдаивала, видили кошку набили, а на следуюшый день видили женшыну набитую"; "выпалс ис хлева страшный, агромный змей - эта злой чыловек; так [мог] зделайти: скатину загонит, скатину ударит"). Колдун мог превратиться в вихрь, столб воздуха ("В Россах навирху кладбише в низины церкафь, [там] дарога праходила, са школы хадили и нас фстричали взрослыи; гаварили, што ничыстая сила: тетка ехала ис Себижа вечыром, лошать фстает на дыбы и за деривам вьюн какой-та нечыстая сила, мудрец какой-та был, клубок виртелса вьюном и за деривам праталс- эту церкаф разабрали"). Вред скотине колдуны наносили, закапывая что-то во дворе дома (калдуны - делали скатины что-та такои: скот ни волся, балел, ва дваре закапывали, дажы никак дамой ни шла"). Противостоять колдуну мог только более сильный колдун. Колдуны передавали свои способности по наследству ("если матка чаравница, та и дочка начывшы делать на природы"). Среди жителей Себежского р-на бытует представление о том, что колдун тяжело умирает, особенно если он не передал никому своих магических способностей, и, чтобы облегчить им страдания, нужно вынуть доску из потолка. Эта традиция связана с народными представлениями о чердаке и подвале как путях в "иной", потусторонний мир темных сил. По поверьям себежан, защитой от колдунов могла служить трава (зверобой, васильки), собранная в Иванов день: ("прит Иваном рвуть звирабой, паложит васильки такия синии, штоп чиравники ни хадили").

Очевидно, что, несмотря на современную осведомленность людей в науке и широкое распространение научных знаний, в народе еще устойчиво сохраняются представления о магии и колдовстве, о сверхъестественных способностях, которыми может быть наделен человек и раскрыть природу которых еще предстоит.



Л.А. Лекарева, Т.Б Кузьмина.,
С. Фешкова (ПГПИ, ПОЦРОШ)

Танцы Себежского района
Псковской области (по материалам
экспедиции "Истоки" 2000 г.).


Материал для сообщения собран у коренных жителей Себежского р-на Псковской обл. во время III псковской областной детской краеведческой экспедиции "Истоки".

Во время бесед с ними была получена информация о танцевальных традициях в крае, в том числе как о давно и широко известных танцах, так и о бытующих только в данной местности. Общеизвестные танцы, которые исполнялись в Себежском р-не: вальс, полька, краковяк, яблочко, цыганочка, барыня.

Вальс себежане танцевали традиционно ("вальс - медлинный, ф паре, па кругу, абычна гармонь играла, баян"), медленно, полька была более динамичным танцем. Жители некоторых деревень Себежского р-на рассказывали, что для польки "нужен лёхкий чилавек: паринь выбираит ни ту, катора нравитца, а хто лехчы: надо, штоп литала, толька кружытца влева и фправа пад музыку. В Себежском р-не еще существует такое выражение - ходить польку означающее "исполнять танец польку".

Краковяк в Себежском р-не исполняется под припевку ("краковяк: русский, немиц и паляк танцывали кракавяк"). Барыня - танец, известный всем восточным славянам (русская, казак, казачок; украинский гопак), он имеет огромное количество названий, связанных с песнями, под которые его исполняют, а отчасти и с характером самого танца. Этот танец состоит из довольно однообразных па, однако он предоставляет большие возможности для индивидуального творчества.
"Барыня" - одиночный танец ("барыня - как русский: адин топаеш нагами и выкручиваеш").
Происхождение наименования танца цыганочка неизвестно. В Себежском р-не зафиксировано такое описание танца: "Цыганочку танцывали поадиночку, чычотку выбивали".
Яблочко традиционно был одиночным танцем, но в Себежском р-не этот танец был парным и исполнялся под припевку: "Яблачка, куда котишься, пайдешь - ни варотишся"; ни быстрый пириходут и кружаца".

Танцами, характерными для Себежского р-на можно считать подыспань, лобанок, зеленая роща, золотые горы, подустеп, козел, коробочка.
Коробочка, коробушка - местные названия танца, который исполняется под русскую народную песню. От песни произошло и название танца.
Лобанок был широко распространен и особенно часто исполняем. Это сложный парный танец, со множеством колен, количество танцующих пар могло быть неограниченным, но чаще всего танцевало шесть пар.
Зеленая роща - местное название парного медленного, похожего на вальс танца. Название танца произошло от песни, под которую его исполняли.
Золотые горы - еще один местный парный медленный танец. Название танца также произошло от песни, под которую он исполнялся.

Два танца, популярных в России в первой половине XX в., по мнению местных жителей, исполняются на "западный манер": Падусстеп и Падуспань.
Широко распространен и шуточный народный танец, который в Себежском районе называют козел, козелок. Название танца произошло от припевки.

Репертуар танцев, известных жителям района, свидетельствует о существовании в крае развитой танцевальной культуры, изучение которой может стать специальной темой для специалистов в области народной хореографии.



Е.Ю. Фирсов (СПбГУ)
Рынок спиртного в контексте
деревенского сообщества .


Нормы рыночной экономики, проникая в современную деревню, порой искажаются под действием специфических местных общественных отношений. Эти искажения сказываются особенно сильно в тех секторах рынка, в нормальном функционировании которых заинтересованы не отдельные члены деревенского социума, а сообщество в целом. Одним из них является рынок спиртного.
Сообщение основывается на наблюдениях, сделанных в д. Глембочино Себежского р-на Псковской обл., где автор работал в составе этнографической экспедиции летом 2000 г.

В настоящее время цена 0,5 литровой бутылки водки в сельском магазине слишком велика (44 рубля) и потому совершенно неприемлема для подавляющего большинства местного населения. Спиртное покупается, главным образом, на подпольном рынке, доля которого в общем обороте алкогольной продукции в деревне составляет, по нашим оценкам, более 90 % (легальный алкоголь люди покупают только в случае острого дефицита на неофициальном рынке).

Спиртное покупают на "точках" - в частных домах. Различаются "постоянные" "точки" (на них спиртное продается почти всегда) и "временные" (спиртное появляется на "точке" спорадически небольшими партиями, продается, а затем некоторое время "точка" не функционирует). Также различаются "самогонные" (продукция изготавливается кустарным способом: сырьем служит сахар и дрожжи, из которых изготавливают брагу для последующей перегонки) "точки" и "водочные" (сырье для продукции - этиловый спирт - привозят на "точку" извне, а продавец только разводит спирт водой и разливает в бутылки). Постоянных "точек" в деревне 5-6: 2-3 самогонные и 2-3 водочные.

Качество самогона, по словам потребителей, значительно выше, чем самодельной водки, которую покупают скорее вынужденно, в случае дефицита самогона.
Владельцы постоянных "точек" составляют экономическую элиту местного общества, так как они чаще всего пьют мало - "точка", открытая сильно пьющими людьми обычно долго не функционирует.

Сильная смешанность - этническая и по происхождению - местного населения накладывает еще одно ограничение на личность хозяина "точки": им едва ли может стать недавний (с конца 1980-х годов) переселенец (часто нерусский) - необходимым для продавца спиртного качеством является высокий статус в местном обществе, определяющийся в большей степени сроком проживания и общественным положением, чем состоятельностью человека. Торговля спиртным - это работа со специфическими клиентами, поведение которых может регулироваться нередко только неформальными нормами. Человек, до конца не инкорпорировавшийся в местное общество, оказывается беззащитным перед неадекватным поведением клиента. Оборот постоянной "точки" - как водочной, так и самогонной - составляет примерно 80 бутылок в месяц. Этот объем является стандартным уже долгое время.

Описывая экономический аспект функционирования системы, следует отметить принципиальную разницу между методиками ценообразования в самогонном и водочном сегментах рынка. Если цена водки устанавливается в связи с объективными факторами: ценой привезенного сырья - 55 руб. за 1 л спирта (0,5 литра водки - 11 руб.) и наценкой продавца (примерно 80 %), то стоимость самогона жестко привязана к цене водки и совсем не зависит от цены сырья (цена не меняется даже во время периодических сезонных подорожаний сахара); она составляет сейчас те же 20 руб. за бутылку, что и несколько лет тому назад. Таким образом, единственным фактором, определяющим сейчас цену спиртного в деревне, является цена поставляемого на водочные точки этилового спирта.

Информанты объясняют это историческими обстоятельствами. Активное самогоноварение в сегодняшних его масштабах возникло относительно недавно (4-5 лет назад), когда в результате таможенной войны удалось перекрыть каналы поставки нелегального спиртного из Белоруссии в Россию. Из Белоруссии тогда перестали на время завозить фальшивую водку на деревенские "точки", каналы поставки российского спирта еще не были установлены, и некоторые деревенские производители, выгонявшие ранее самогон для собственных целей (потребление, оплата сельскохозяйственных работ и т.д.), в условиях острого дефицита спиртного начали работать на рынок. Именно с этого времени цена самогона стала привязываться к цене нелегальной водки. Сохранившиеся временные самогонные "точки" функционируют по старому принципу продажи излишков произведенной продукции.

Такая методика ценообразования необычна для экономики д. Глембочино, которая может быть охарактеризована в целом как рыночная: производя более качественную продукцию, дефицит которой постоянно ощущается в деревне и, затрачивая при этом несравнимо большие усилия, владельцы самогонной "точки" довольствуются доходом с бутылки, лишь в 1,4 раза превышающим доход водочного торговца. Кроме того, исследованный рынок спиртного характеризуется отсутствием ценовой конкуренции: гипотетическое снижение цены на одной из "точек" привело бы не к росту ее оборота, а к снижению цены на "точках"-конкурентах при сохранении объема потребления.

Исследованный рынок контролируется снизу: после ряда отравлений продукцией одной из "точек" несколько лет назад потребители угрозами в адрес продавца добились улучшения качества спиртного.

Таким образом, анализ сложившегося в д. Глембочино рынка спиртного, составляющего одну из доминант местной экономики, помогает в понимании этнического, экономического и правового менталитета современных жителей деревни. Потребность в бесперебойном снабжении недорогим спиртным вызвала к жизни общественные механизмы, призванные обеспечить стабильное функционирование рынка. Продавцы и производители спиртного в связи с этим выступают не столько свободными предпринимателями, сколько нанятыми деревенским обществом и зависящими от него агентами.



Н.М. Роскош (СПбГУ)
Народная педагогика сельского
населения Себежского района
Псковской области.


В июле 2000 г. в Псковской обл. Себежского р-на Глембочинской вол. была собрана информация об особенностях жизни, рождения и воспитания детей, культовых и обрядовых действах, связанных с детьми.

В старой себежской деревне придавалось большое значение родильно-крестильным обрядам. В роддоме женщины стали рожать только в 1930-е гг. До этого женщинам приходилось рожать дома, а нередко прямо в поле во время работ. Помогать при родах обычно звали свекровь, а в некоторых деревнях - бабку-повитуху. Через 2-3 дня после родов замужние женщины шли навестить молодую мать - родиху. Этот обычай называется идти в наведы, в отведки или в проведы. По рассказам информанток, незамужней девушке нельзя было ходить в наведы, т.к. тогда она не выйдет замуж.

Крестить ребенка старались через 2-3 недели. Если он родился слабым, то крестили сразу после рождения. В советское время крестить ездили в Белоруссию или в Себеж, домой к священнику, иногда для крещения приглашались пожилые женщины из своей деревни.

Дети в крестьянской среде разделялись на следующие возрастные группы:
- от рождения до 5-6 лет (мальчинята и девчата);
- oт 6 до 12 лет (пушабелки);
- от 12 лет и старше (девки и мальцы).

Первая возрастая группа непосредственно связана с семьей. Ребенок в этом возрасте имел наибольшую свободу, но уже получал первые поручения: - подмести пол, убрать кровать, загнать кур в курятник и т.д. Дети второй возрастной группы уже должны были сидеть с младшими братьями и сестрами, ходить в лес, помогать в огороде, с 7-9 лет работать подпаскми. С 7-8 лет обязательно посещали школу. Поскольку школы были не во всех деревнях, дети из других деревень могли проживать при школе в интернате. В д. Глембочино существовал с 1945 по 1976 г. детский дом. Здесь жили постоянно и обучались дети-сироты, а также дети из неблагополучных семей.

Уже с 12-летнего возраста детей учили пахать, косить, с 15 лет могли отправить в колхоз доить коров. В ходе экспедиции выявленное различие в подходах к воспитанию "довоенных" и "послевоенных" детей. Обостренное чувство долга, патриотизма и взаимопомощи ярко проявилось в системе поощрений послевоенных детей. За оказание пионерами и комсомольцами помощи инвалидам и участникам Великой Отечественной войны, добросовестное отношение к труду дети поощрялись благодарностью на школьных собраниях и т.п.

Значительное место во времяпрепровождении детей занимали игры: кукушка, блейки, попрыгушка, лапта, косынки, прятки, жмурки и др. Дети с 12 лет больше времени проводили на улице в играх со сверстниками, чем дома с семьей.

В результате опросов был собран материал, дополняющий уже существующие данные о народной педагогике. Подтверждается уже существующий в науке вывод, что социально-экономические изменения в стране отражаются на всей системе и методах воспитания новых поколений.